Пока мы тут в Одинцово в кровь языки разбиваем в спорах о пагубности ювенальной юстиции и прелестях советского домостроя, одинцовские же наши коллеги выдают на-гора совершенно удивительные репортажи на педагогические темы.
Вот, например, коллега Владимир Керимов (в девках – корреспондент «Новых рубежей» Пётр Коротецкий) сообщает (уж простите за пространную цитату, но оно того стоит):
«В среду 19 января в Одинцово состоялось заседание комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав (КДН) администрации Одинцовского района. Первым вопросом на повестке дня рассматривалось участие нескольких одинцовских подростков в акциях, направленных на разжигание межнациональной розни.
.
.
.
…Четверо представителей славянских народов, проживающих на территории Одинцовского района, были задержаны сотрудниками московской милиции недалеко от места проведения массовых акций националистического характера.
… рассматривая действия славянского квартета, представители комиссии по делам несовершеннолетних ознакомились с характеристиками на молодых людей и поинтересовались их увлечениями. Затем почти час члены КДН пытались выяснить, что же все-таки побудило молодых людей поехать в Москву для участия в акциях.
Адекватного объяснения своим действиям ребята дать не смогли. (АХТУНГ, внимательно читаем дальше! – восклицание НГ)
Согласитесь, трудно поверить, что один в шесть вечера поехал в столицу за наушниками для плеера, второй просто решил пофотографировать происходящее, третий после футбольной тренировки с группой знакомых зашел посидеть в кафе, расположенное неподалеку от мест массовых беспорядков, а четвертому срочно понадобилось сфотографироваться на загранпаспорт.
Не удовлетворили членов комиссии и «раскаяния» подростков. Не смогли они согласиться с заявлениями ребят, что вся эта ситуация — чистой воды совпадение и что они просто оказались не в том месте не в то время.
.
.
.
… членами комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав администрации Одинцовского района было принято решение поставить всех без исключения «народных мстителей» на учет КДН и на списочный учет Одинцовского УВД. Через год, если поведение молодых людей не будет вызывать каких-либо нареканий, их с учета снимут. Если же кто-нибудь из них во время испытательного срока совершит какое-либо противоправное действие, то в их отношении будут приняты самые жесткие меры, в числе которых может быть, как максимальная крайность, и изоляция от общества.
К сожалению, вышеизложенными фактами участие молодежи Одинцовского района в акциях, направленных на разжигание межнациональной ненависти, не ограничилось. Согласно данным отдела по делам несовершеннолетних Одинцовского УВД, на ближайшие заседания КДН вызвана еще группа подростков, принимавших участие в массовых беспорядках в Москве.
Правоохранительные органы Одинцовского района продолжают работу по установлению лиц, вовлекших ребят в противоправные действия»… (пунктуация и корявая орфография автора сохранены полностью).
А знаете, как называется этот опус?.. «Одинцовским подросткам-экстремистам дали последний шанс»… ПОДРОСТКАМ-ЭКСТРЕМИСТАМ. ПОСЛЕДНИЙ ШАНС. А потом что – зона, расстрел, общественное презрение?
Я пока не в курсе, был ли наш криминальный репортёр Ярослав Макаров на этом празднике постсоветской глупости и инквизиторском шабаше сталинской педагогики. Но не сомневаюсь, что, если был, то выдаст отчёт в таком же духе и тональности – отчётной реляции о проделанной работе Комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав. ЗАЩИТЕ ИХ ПРАВ. Прав детей, которых не меньше часа распинал совет мудрецов. Причем, весь этот час (судя по иллюстративному ряду) Совет восседал президиумом (спал, зевал, рисовал чертиков в блокнотах и т.п.), а «экстремисты» стояли «смирно!», парясь в зимнем гардеробе…. А потом потные и возбужденные, т.е. в куртках нараспашку и на мороз… ЗАЩИТА ИХ ПРАВ.
.
.
.
В отличие от автора репортажа и членов комиссии мне объяснения юношей НЕАДЕКВАТНЫМИ не показались… В отличие от автора репортажа и членов комиссии я в возрасте «экстремистов» был таким же глупым, непрагматичным и любопытным до шумных массовок – от салюта до похорон.
Тем паче, как понимаю, прямых и документальных доказательств какой-либо противоправной деятельности юношей ни у милиции, ни у комиссии, следовательно, них нет. А любая вариативность событий, а тем более бездоказательность трактуется (обязана трактоваться) в пользу подозреваемых, а тем более обвиняемых.
Отсюда вопрос — кто и кому дал право навешивать на ДЕТЕЙ КЛЕЙМО ЭКСТРЕМИЗМА?
Как говорится в таких ситуациях – а был ли мальчик? И был ли он экстремистом, когда из молодёжного, а может и вовсе ещё детского любопытства поехал-побежал туда, где многолюдно, шумно и адреналиново интересно?
Много ли пользы от такой «беседы по душам»? Что ребята поймут-уяснят после такой «гражданской казни»? Тем более, если кто-то из наказанных «страхом предупреждения», допустим, действительно испытывает интерес к экстремальному национализму… Промолчу о своих предположениях…
При первой же встрече с членом комиссии (как вижу на фото) Леонидом Егоровым спрошу прямо: «Леонид Егорович, вы там что, совсем уже … детей за работой не видите?»
.
.
.
ПОДЕЛИТЕСЬ НОВОСТЬЮ:
